В нашей профессии есть странная гордость за то, что работа съела всю жизнь. «У меня нет времени на хобби» произносится с той же интонацией, с какой ветеран показывает шрамы. Я сам долго так жил и считал, что всё, что не код и не бизнес, это потерянное время. Потом заметил закономерность, которая сначала меня удивила, а потом стала очевидной: лучшие архитектурные решения в моей жизни приходили не за рабочим столом. Они приходили, когда я занимался чем-то совсем другим. И это не мистика, а вполне объяснимая механика мозга, которой стоит пользоваться сознательно.
Тарелка Фейнмана
Ричард Фейнман, один из самых ярких физиков XX века, рассказывал историю, которую я очень люблю. В какой-то момент он выгорел, наука перестала приносить радость, и он решил заниматься физикой просто для развлечения, как игрой. Однажды в университетской столовой кто-то подбросил тарелку, и Фейнман заметил, что она вращается и покачивается с разной частотой. Ему стало интересно, он начал считать это движение просто так, без всякой цели. По его собственным словам, диаграммы и вся работа, за которую он потом получил Нобелевскую премию, выросли из этой возни с качающейся тарелкой. Не из гранта, не из дедлайна, а из игры.
Фейнман, кстати, ещё играл на бонго, рисовал и вскрывал сейфы в Лос-Аламосе ради развлечения. Я не думаю, что это случайность. Мозг, которому дают играть, начинает видеть связи, которых не видит мозг, загнанный в одну колею.
Как это работает
В когнитивной науке есть понятие переноса навыка, learning transfer. Умение, натренированное в одной области, частично переходит в другую. Работает это не напрямую: шахматист не становится автоматически хорошим программистом. Переходят не знания, а способы думать, структуры, которые мозг научился распознавать. Я сравниваю это с языками. Человек, выучивший третий иностранный язык, учит четвёртый намного быстрее не потому, что слова похожи, а потому, что мозг уже знает, как устроена грамматика вообще.
Вот несколько переносов, которые я наблюдал на себе и на людях, с которыми работал.
- Музыка. Музыкант постоянно держит в голове несколько параллельных линий, которые должны сойтись в нужный момент. Это почти буквально то, что нужно для понимания параллельных процессов в системах и для того, чтобы видеть, где они могут столкнуться.
- Шахматы. Привычка спрашивать «а что будет через три хода?» и видеть позицию целиком, а не только ближайшую фигуру. В архитектуре это умение заметить, что удобное сегодня решение через год станет ловушкой.
- Садоводство. Терпение и работа с системами, у которых есть задержка. Посадил сегодня, результат через сезон. Бизнес-процессы и маркетинг ведут себя точно так же, и садовник это понимает лучше, чем человек, привыкший к мгновенной обратной связи.
- Кулинария. Повара знают принцип mise en place: всё нарезано и разложено до того, как загорелся огонь. Это лучшее объяснение того, зачем нужно проектирование до начала разработки, которое я знаю.
- Рисование. Умение видеть, а не узнавать. Художник смотрит на дерево и видит формы и свет, а не слово «дерево». Это ровно тот навык, который нужен, чтобы увидеть реальный процесс клиента, а не то, что о нём принято думать.
Хобби это не отдых от работы. Это тренажёрный зал для того мышления, которое на работе понадобится в самый неожиданный момент.
Почему решения приходят в душе
Есть ещё одна механика, которую многие знают на собственном опыте. Решение сложной задачи часто приходит в душе, на прогулке, во время готовки. Когда мы сфокусированы, мозг работает как прожектор: ярко, но узко. Когда мы заняты чем-то, что не требует полного внимания, он переходит в рассеянный режим и начинает перебирать связи в фоне, как фонарь, который светит тускло, но во все стороны. Сложные задачи, где нужно связать далёкие вещи, решаются именно в этом режиме. Хобби, которое занимает руки и частично голову, идеально для него подходит.
Мои лучшие идеи про декомпозицию систем пришли во время совершенно не связанных с IT занятий, и я давно перестал считать это время потерянным. Наоборот, когда задача не решается третий день, я сознательно ухожу от неё к чему-то другому. Это не лень, а смена режима работы мозга.
Ловушка: хобби, которое стало работой
Есть важная оговорка. Хобби перестаёт работать, когда превращается во вторую работу с KPI. Человек начинает бегать для удовольствия, а через полгода у него план тренировок, пульсометр, таблица результатов и стресс, если не побил личный рекорд. Это уже не рассеянный режим, это ещё один прожектор. Мне кажется, у хорошего хобби должны быть два свойства: оно сильно отличается от основной работы, и в нём разрешено быть плохим. Именно право на ошибку без последствий освобождает мышление.
Что это значит для бизнеса
Для руководителя отсюда следует очень практичный вывод. Сотрудник, у которого есть жизнь вне работы, не хуже сотрудника, который живёт в офисе. Скорее наоборот. Команда, где кто-то играет музыку, кто-то лазает по скалам, а кто-то выращивает томаты, видит задачу с большего количества сторон, чем команда, где все одинаково выжаты. У нас в Ingello миссия заканчивается словами «свободное бесконечное творчество», и это не красивая фраза для сайта. Автоматизация нужна в том числе для того, чтобы у людей оставалось время на то, что развивает их не меньше работы.
Что сделать завтра: вспомните, чем Вы любили заниматься до того, как работа съела всё время. Выделите на это два часа в неделю, без цели и без таблиц. И если через месяц в голову придёт решение задачи, которую Вы не могли решить полгода, не удивляйтесь. Просто запишите его и поблагодарите тарелку.
